Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
21:51 

Метрология, Маюри Куроцучи и Сенджумару Шутара, джен, PG-13; Мэйо и SHtayn&Sink

Мэйо
где ядом брызжет слово
Название: Метрология
Автор: Мэйо
Бета: Laen Rain
Иллюстраторы: SHtayn&Sink
Персонажи: Маюри Куроцучи, Сенджумару Шутара
Тип: джен
Рейтинг: PG-13
Жанр: общий, драма
Размер: миди (10 тысяч слов)
Саммари: Многие знания — многие печали. Одного ждет успех, а другого — вся тяжесть последствий. Сделанное Шутарой открытие дает Обществу душ повод уничтожить квинси. Почему же после этого ее призывают в Нулевой отряд, а Куроцучи попадает в Гнездо личинок? И что еще связывает этих двоих так прочно, что дает о себе знать даже через двести лет?
Примечания: фанфик написан на Bleach MiniBang-2014
Предупреждения: таймлайн — 90 лет до начала событий Маятника (200 лет до начала событий канона); унылые трудовые будни
Ссылки на скачивание: .doc (без иллюстрации) || .rtf (c иллюстрацией) || .pdf (c иллюстрацией)
Ссылка на скачивание иллюстрации: .jpg

Баннер

@темы: Категория: джен, МиниБэнг-2014, Персонаж: Куроцучи Маюри, Персонаж: Сенджумару Шутара, Рейтинг: PG-13

Комментарии
2014-07-03 в 21:52 

Мэйо
где ядом брызжет слово
***

— Спокойной ночи, — с легким поклоном сказала Наоко.

Маюри кивнул и пробормотал то же самое в ответ. Он сидел на высоком табурете, устало ссутулившись, но как только за ней закрылась дверь лаборатории, он вскочил, расправил плечи и в кабинет к себе вошел уже совершенно бодрым.

Маюри вынул из кармана пробирку с болотного цвета жидкостью и поднес к лицу, радостно оскалившись. Пожалуй, настал подходящий момент, чтобы испытать новую разработку — сыворотку поддельной кожи. Надо сказать, та оказалась вполне эффективной: стоило сделать глоток, как его кисть тут же потемнела, приобретая темно-серый цвет плитки на полу. Маюри хохотнул и щелкнул незаметным выключателем за вентиляционной трубой. Стена за его столом с тихим жужжанием отъехала в сторону, открывая секретную часть кабинета. Маюри проскользнул туда, поставил пробирку с сывороткой на стол и, пробежался пальцами по ряду банок, выбирая нужную.

Во многом в лаборатории ему помогала Наоко, но бракованные драже он каждый раз утилизировал сам. Не стоило привлекать рядовую к опасным работам. А еще очень удобно было, когда никто не видит, прятать несколько штук.

Удовлетворять свое любопытство за чужой счет всегда приятно.

И теперь у Маюри был запас драже, количества реяцу в котором с лихвой хватило бы на пару капитанов.

Он закинул в рот полную горсть белых кругляшей, давясь и помогая себе вспотевшими от прилива силы пальцами. Потом стянул халат через голову, вытер об него перепачканные руки и отшвырнул в сторону.

Выбросив вперед руки, Маюри начал нараспев читать формулу кидо. Перед ним на целую стену растянулся его главный секрет — облепленный листками печатей сенкаймон, через который можно было не только пройти в мир живых, но и принести что-либо оттуда с собой. Маюри приосанился и шагнул вперед, тут же споткнувшись и вывалившись в самую гущу событий.

Пустой неповоротливо топтался на месте и отчаянно ревел, мотая большой косматой головой. Вокруг него букашкой метался квинси, совсем еще мальчишка, и силой выпускал из длинного лука голубоватые стрелы.

Маюри плавно опустился у стены дома неподалеку и напрягся, не спала ли маскировка, когда в тени сверкнули два зеленоватых огонька кошачьих глаз. Однако сыворотка работала, а кот, видимо, почти не чувствовал ничего и принялся умываться с дикой для происходящего невозмутимостью. Воздух пульсировал от смешавшихся потоков силы: голодной реяцу пустого, непривычной — квинси, и отчетливого ощущения присутствия шинигами. Похоже, ограничивающая печать срабатывала только на лейтенантах и капитанах, независимо от уровня. Дела плохи, нужно действовать быстро, пока его не обнаружили.

Стрелы не причиняли пустому особого вреда, и тот оглядывался, пытаясь улучить момент для прыжка. Квинси был ранен, кровь сочилась из царапины на животе, и слишком выдохся, чтобы не терять скорости. Он сменил тактику: остановился, выдернул из-за пояса продолговатый серебристый предмет и выбросил руку в сторону. Длинное голубое лезвие со свистом разрезало темноту. Пустой рыкнул и рванулся вперед, выбивая тяжелыми лапами фонтанчики грязи.

В ближнем бою квинси мог заработать еще больше повреждений, что не дало бы провести измерения духовных характеристик с нужной точностью. Маюри мысленно выругался, выхватил занпакто и ушел в шунпо. Мгновение — и с пустым было покончено.

Квинси же и не думал подпускать кого-то к себе. Клинок оказался огромной стрелой, которая пронеслась сквозь пустоту в месте, где только что была голова пустого. Но побледневший больше прежнего квинси удивиться уже не успел и начал заваливаться вперед. Маюри цыкнул, подхватывая его, и тут же открыл сенкаймон, торопясь вернуться в Общество душ. А там можно и подлечить мальчишку, благо крови он потерял немного.

В лаборатории Маюри захлопотал, сдирая с квинси пропитанные кровью пыльные тряпки и обрабатывая рану. Тому становилось все хуже, и продолжать себя убеждать, что так проявлялось нервное истощение, было просто глупо. Эксперимент окончился провалом. Стрелки измерительной установки заходились в бешеной пляске, словно точный прибор вдруг обрел разум, чтобы тут же его потерять. Квинси хрипел и бился в агонии, не реагируя ни на лечащие кидо, ни на регенерирующую сыворотку. На его груди все разрасталась дыра, как у пустого, вокруг вздувались полные почерневшей крови прожилки сосудов. Маюри не имел ни малейшего понятия о том, что происходит, и не мог ничего с этим поделать. И теперь он, морщась от выбросов реяцу, мог только стоять и смотреть, как из-под полуприкрытых век виднеются полоски белков, придавая изможденному лицу совершенно безумное выражение. Как все время и силы, вложенные в изучение квинси, оканчиваются ничем. Рассеиваются в воздухе мириадами духовных частиц.

На деликатное покашливание за спиной Маюри обратил внимание не сразу. А когда обернулся, увидел двух шинигами в униформе Онмицукидо, но это не вызвало у него никаких эмоций. Один из них заговорил:

— Пятый офицер Двенадцатого отряда Маюри Куроцучи! Совет сорока шести обвиняет вас в убийстве человека без приказа! Прошу следовать за нами.

***

Дворец был пуст, тих и светел. Шаги Сенджумару отдавались эхом, и она остановилась в центре возле поднимавшихся вверх ступенек, разглядывая голые стены зала. Все было белым и стерильным, но не так, как в тех же лабораториях Двенадцатого, где всегда кипела работа, а пропитано затхлостью нежилого места.

Интересно, как там Маюри? Удалось ли ему теперь проявить себя?

Для нее все изменилось. Сенджумару фыркнула, вспоминая, как заливался соловьем перед ней Совет сорока шести. Якобы с новым инструментом для измерения баланса они с легкостью решат проблему с квинси. Название еще совершенно дурацкое придумали — шкала Шутары.

Как будто можно было вот так, одним махом, покончить со всем. Как будто эта битва в мире живых была последней. Эти черные или белые лохмотья, залитые кровью, вспышки голубых стрел и разноцветных кидо, крики «Месть!» и вопли ярости. Бой, в который она не могла пойти, за которым не могла даже наблюдать, — в измерение Короля не проникало ни звука из других миров.

Теперь у Сенджумару была своя война. И новая сила, данная ей Королем душ для этого.

И для начала нужно что-то сделать с этими стенами.

Сенджумару запрокинула голову, сероватое крошево хрупнуло под ногами, и в воздухе разлился запах паленой шерсти. Из-за ее спины, расправляя пестрый отрез ткани, взмыли вверх костяные руки.

***

Маюри не знал, как ему удавалось не сойти с ума.

Не знал, не сошел ли он с ума.

Сначала Маюри вскидывался на каждый шорох, ожидая, что кто-то вмешается и осободит его: Унохана, его капитан, да хоть сам Ямамото. Кто-то должен был вступиться, объяснить, что произошла чудовищная ошибка — Маюри не убивал квинси, просто самовольно перенес того в Общество душ. Самым строгим наказанием в этом случае должно было быть понижение в звании, а никак не заключение в Гнезде Личинок.

Но дни шли, и стало ясно, что о нем все забыли. Тогда Маюри впервые подумал, что лучше было бы сразу сдохнуть. Что могло быть проще? Оказать сопротивление при задержании — одна искра, и его запасов взрывчатки хватило бы, чтобы уничтожить всю лабораторию. Все лучше, чем постепенно сходить с ума от безмолвия и бездействия.

Единственная одиночная камера — какая честь, подумать только! В ней всегда царил полумрак, и легко было потерять счет дням, если бы еду не приносили регулярно.

Это было, пожалуй, единственным его развлечением. Маюри вяло пережевывал пищу, отпивал воду из чашки, старательно отводя взгляд. Он боялся своего лица с тех пор, как однажды в отражении увидел чужие темные глаза с густыми ресницами вместо своих, желтых.

Затем пришли другие мысли. Каждый раз вывод о причине его бед был неизменным — это Сенджумару была во всем виновата. Несомненно, она что-то углядела в его кабинете и сдала его Онмицукидо. Иначе и быть не могло.

Маюри буравил взглядом прутья решетки, и если бы не ограничивающие силу кандалы, они бы просто разлетелись на рейши. Ненависть копошилась внутри кучкой опарышей. Маюри корчился на кушетке, беспомощно шепча пересохшими губами вобравшее все его устремления имя. Перед глазами проносились отдающие желчью безумные картины. Как он убивает Сенджумару. Как она убивает его. Как она задыхается от яда Ашисоги Джизо. Как он разрезает ее плоть, кусок за куском. Как он заставляет почувствовать весь его ад. Как она сидит здесь, вместо него.

А потом злость прошла, словно что-то выело изнутри весь яд. Осталось тупое безразличие и неизменные белые стены камеры.

Однажды на прутья решетки легли сухощавые ладони, и их обладатель просунул внутрь растрепанную голову. Маюри скептически поднял бровь на приветствие, а когда тот предложил ему выйти на свободу — просто расхохотался.

2014-07-03 в 21:53 

Мэйо
где ядом брызжет слово
***

«…из-за вмешательства Пятого офицера Двенадцатого отряда Куроцучи Маюри, операция была свернута. За ним была установлена слежка…

…Квинси, обнаружившие пропажу объекта и остаточную реяцу шинигами, предприняли атаку на дежурный отряд. Причиной нападения они объявили месть. В сложившейся ситуации Совет сорока шести принял решение незамедлительно начать боевые действия…

…Ввиду данных обстоятельств и широкой осведомленности Куроцучи Маюри к нему была применена мера пресечения в виде заключения сроком двести лет с правом амнистии».

Капитан Двенадцатого отряда Урахара Киске любовно погладил тисненые буквы. Личное дело Куроцучи он, казалось, знал наизусть. Как удачно, что о талантливом и целеустремленном парне, обладавшем к тому же секретными сведениями о гиконганах Хикифуне, все позабыли. Забавно, что даже она не предприняла ничего, чтобы освободить своего офицера, когда утихла шумиха после уничтожения квинси. Ну что ж, ему достался отличный подарок от предшественника.
Урахара задумчиво поскреб щеку с уже отрастающей щетиной. Ему отчаянно не хватало таких: самоуверенных и увлеченных. Оставалось только сделать Куроцучи предложение, перед которым тот не сможет устоять.

Мурлыча себе под нос, Урахара начал составлять прошение к Совету сорока шести.

***

Кто бы мог подумать, что обещанное Урахарой место освободится так быстро?

Маюри давно привык не ждать поздравлений тридцатого марта. В этот раз он подготовил подарок себе сам.

— Капитан, все готово.

Акон топтался в дверях, растирая едва затянувшийся ожог на тыльной стороне кисти. Маюри, на ходу просовывая голову в халат, направился за ним.

После полутемных коридоров стерильная белизна лаборатории почти ослепила глаза. На операционном столе алел волокнами ничем не прикрытых мышц полуготовый гигай.

«Им нужен лейтенант? Хрен там я позволю одному из этих полудурков вертеться рядом», — думал Маюри и насвистывал про себя, перетягивая плечо жгутом и протирая спиртом сгиб локтя. Даже сопение суетившегося с аппаратом для переливания Акона не раздражало — согласно расчетам, реяцу клона при использовании его крови могла быть близкой к капитанскому уровню. Приятная мелочь: технология создания модифицированного гигая предполагала получение практически полной копии Маюри — характер, привычки, вид реяцу, уровень интеллекта, и даже внешность, — отменную свинью удастся подложить Готею после всех их... кандидатов.

Оставался последний шаг — создать слепок своей реяцу и отключить систему жизнеобеспечения, после чего клон мог функционировать уже самостоятельно. Маюри почти ласково разжал челюсти гигая и опустил гиконган на язык, затем положил ладони ему на грудь, направляя в них всю рейреку.

Тело впитывало силу неохотно, сопротивлялось усилию, но постепенно, начиная с пальцев ног, нарастала кожа.

— Давай же, — прошептал Маюри, и реяцу вырвалась с кончиков пальцев, окутывая гигай.

Акон вцепился в противоположный край стола, пытаясь разглядеть хоть что-то в клубящихся волнах.

— Что стоишь, балбес? — окрикнул Маюри.

Акон опомнился и бросился к нему. Когда он промакнул капли пота на висках полотенцем, стало намного легче. Даже удалось не зашататься от слабости на ватных коленях.

Приторно-розовая муть реяцу рассеивалась, открывая невероятную, невозможную и невыносимую картину. Маюри увидел те же тонкие конечности, округлую тяжесть грудей, рассыпавшуюся по лбу темную челку и даже спадавшие с висков пряди.

— Дерьмо!

Сенджумару. Тварь. Не жизнь — саму кровь отравила.

Новая волна реяцу, гораздо мощнее предыдущей, залила лабораторию, превращая стекло в белоснежную пыль, выжигая пластмассу до вонючей сажи, выворачивая титановые листы лепестками диковинных цветов. Саднившая от пощечины рука Маюри повисла плетью, и в сторону отчаянно кашлявшего Акона, заинтересованным взглядом ощупывавшего создание, он смог только испепеляюще зыркнуть. Тот с вежливой поспешностью склонил голову, опуская глаза в пол.

Маюри поднес ладонь к лицу, вглядываясь и не узнавая, не понимая и не веря, что он сам, своими руками создал это. Эту.

Маюри почувствовал прохладное касание. Не горящую щеку погладила — ударившую руку. А глаза, зеленые, лживые, с таким знакомым пренебрежением глядели на него снизу вверх, и Маюри, задыхаясь яростью и брызжа слюной, завизжал:

— Не смей! Молчать!

Она сжалась в комок перед Маюри, только сложенные на груди руки чуть подрагивали.

— Это — приказ! Ты... будешь молчать. Будешь немой. Будешь жить в немоте сна. Поняла? Нему?!

— Да, Маюри-сама.

2014-07-03 в 23:17 

Eswet
неочевидное зло [Годзилла эпохи Сёва]
Вах, дорогой автор! Спасибо вам за этот текст! Он вот прям похож на "розу пустыни", такой же неожиданный, красивый и странный :) Очень зримые образы, очень точные слова. Замечательные детали, мелочи, ракурсы. Ну очень, очень понравилось! :red:

2014-07-04 в 11:02 

рассказываю сказки
очень интересно было читать
спасибо за фик :red:

2014-07-04 в 18:05 

Мэйо
где ядом брызжет слово
Eswet, кажется, вы мне безбожно льстите:D Но мне приятно, что вы так высоко оценили этот текст, спасибо за отзыв)
seane, рад, что вам понравилось)

2014-07-18 в 20:43 

Iraeniss
лучшее средство от всех овечьих и человечьих хворей — это хорошая порция скипидара, крепкое словцо и пинок под зад.
Интересный фик, прочитала с удовольствием) Спасибо!

2014-07-20 в 04:11 

Мэйо
где ядом брызжет слово
Iraeniss, и вам спасибо, что не промолчали)

   

Bleach Big Bang

главная